КОНДАКОВ – VI

БИНАРНОСТЬ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ

Страница 56

Любая попытка представить российскую цивилизацию в виде целостного, исторически непрерывно развивающегося явления, обладающего своей линейной логикой и выраженным национальным своеобразием, наталкивается на большие внутренние сложности и противоречия. Каждый раз оказывается, что на любом этапе своего становления и исторического развития эта цивилизация как бы двоится, являя одновременно два отличных друг от друга лица: европейское и азиатское, стихийное и организованное, естественное и искусственное, светское и духовное, официальное и оппозиционное, коллективное и индивидуальное — эти и подобные неразрывные пары противоположностей свойственны российской цивилизации с древнейших времен и сохраняются фактически до настоящего времени. Двоеверие, двоемыслие, двоевластие, раскол — это лишь немногие из значимых для понимания истории нашей цивилизации понятий,  выявляемые уже на стадии древнерусской культуры. Подобная стабильная противоречивость русской культуры, порождающая, с одной стороны, повышенный динамизм ее саморазвития, с другой — периодически обостряющуюся конфликтность, внутренне присущую самой цивилизации, составляет ее органическое своеобразие, типологическую особенность и называется бинарностью.

Характерной особенностью русской культуры с ее «двоецентрием» является то обстоятельство, что ее основу, суть, глубинный смысл составляет не механическая сумма двух противоположно заряженных ядер, сопряженных между собой в одно неразрывное целое, а само их сопряжение, непрерывно меняющееся, как бы мерцающее отношение двух центров, ядер, полюсов, сочетающее в себе их глубокое внутреннее единство и в то же время не снимающее их абсолютной противоположности.

Не случайно через всю отечественную историю проходят бинарные фреймы, организующие русскую культуру и российскую историю как сквозную дихотомию: двоеверие, двоевластие, опричнина, ереси, самозванство, бунты, раскол, разночинство, русский коммунизм, евразийство, русское зарубежье, постсоветская реальность — в каждом из этих и подобных им понятий заключены смысловая амбивалентность, двусоставность, внутренний драматизм. Строго говоря, и такие классические смысловые пары русской культуры, как западничество — славянофильство, народ — народничество или революция — контрреволюция, являются в каждом случае не суммой двух фреймов, а единой смысловой конструкцией, в которой ни один из полюсов не может существовать без другого, вне взаимодействия и полемики с ним, вне борьбы за первенство. Более того, победа любого полюса автоматически означает его же поражение, поскольку вне противоборства его целеустремленность и активность теряют смысл и «точку приложения». Следует признать, далее, что все фреймы, из которых складывается целое русской культуры (а значит, и истории) на всех уровнях ее смысловой организации, сопрягаются между собой по принципу именно «взаимоупора»: язычество — христианство, самодержавие — православие, власть — интеллигенция, интеллигенция — народ, религия — наука, искусство — действительность, литература — критика, история — современность, «русская идея» — коммунистическая идея, госбезопасность — правозащитное движение, диссидентство и т. д.

В виде бинарных фреймов предстают перед нами и имена деятелей русской культуры: Феофан Грек — Андрей Рублев, Иосиф Волоцкий — Нил Сорский, патриарх Никон — протопоп Аввакум, Н. Радищев — М. Щербатов, Н. Карамзин — П. Чаадаев, А. Пушкин — Н. Гоголь, Н. Некрасов — А. Фет, Вл. Соловьев — К. Леонтьев, Л. Толстой — Ф. Достоевский и т. д.; подобным же образом сопрягаются между собой ключевые фигуры отечественной истории: Аскольд — Дир, Ольга — Владимир, Александр Невский — Михаил Тверской, Иван Грозный — Андрей Курбский, Борис Годунов — Лжедмитрий, Екатерина II — Емельян Пугачев, Ленин — Сталин и др. В каждом случае смысловая пара означает и символическое единство фигур (современность или преемственность, общность деятельности, влияния, имиджа), и их антиномичность, противоборство (различие характера, облика, целей, судьбы, авторитета, начального и конечного звена исторического процесса, причины и следствия, начала и конца), т. е. воплощает собой принцип амбивалентности как системообразующий конструкт культуры.